Война глазами ребенка…


Интервью с Козельчанином, майором милиции в отставке Щепилиным Владимиром Петровичем

Владимир Петрович, сколько вам было лет, когда началась Великая Отечественная Война?
— Я родился в 1929 году, война началась в 41-м году, мне тогда исполнилось 12 лет.

Как и когда вы узнали, что началась война?
— Я и два мои брата жили с мамой на первой улице Старая Казачья города Козельска Калужской области. Рано утром, около 5 часов, нас разбудила соседка. Она стучала в окно и кричала: «Шура, вставай, война!». Мы проснулись. Тогда мама спросила, что случилась, какая война? Соседка прояснила, что немцы напали на Советский Союз. Узнали мы о войне в самый первый её день. Мама нас с братом разбудила.

А что такое война, я тогда и не понимал, и к ней не был готов. Мы проснулись, позавтракали. День был, как сейчас помню, солнечный, тёплый. Вышли на улицу, все жители города кричали: «Война, война!». Я со своими друзьями как обычно играл на улице, и мы ничего не понимали, что произошло в стране.

Почему мы узнали, что началась война от соседки, а не через радио. Все просто. Мама на ночь отключала репродуктор, «Рекорд», кажется, он назывался, большой такой. А когда включили, то услышали, Левитан говорил, что фашистская Германия напала на Советский Союз и бомбила Киев. Но жизнь продолжалась. Слушали по радио, как фашисты оккупировали города. Немцы приближались. И вот наступил тот момент, когда мы услышали, что немец в Сухиничах, который находился от Козельска в нескольких километрах.

8 октября 1941 года немцы оккупировали наш Козельск. Мы с ребятами находились на крыльце дома. Именно с этого места хорошо просматривалась рыночная площадь, расположенная на горке по ул. Чкалова. Я лично видел, как с горки спускаются на трех мотоциклах немцы. Спустившись в центр города, они разъехались в разные стороны.
Через три дня появились в нашем городе и войска. Немцы стали ходить по домам, собирать продукты питания. Как сейчас помню: «Матка, сахар, яйко, ё?». Поселились немцы в большом доме, где в настоящее время расположен городской Дом культуры. Это были два деревянных барака, в которых содержали наших военнопленных.
Где-то к середине ноября немцы стали выгонять жителей из домов. Вот и до нашего дома дошла очередь. Немец стоял «над душой», со словами: «Забирайте, что можете и все выходите на площадь». Мама собрала кое- какие вещи, корову и мы пошли….

На площади уже собралось много жителей. Вышло немецкое командование, что-то пробормотало. Переводчики переводили нам, что всех переправляют жить в Германию. Там мы будем жить и работать. После этого нас развернули в сторону дороги и погнали, как овец, в сторону города Сухиничи.

Там стояли поезда для нашей отправки. Нас сопровождали мотоциклисты с пулемётами и пешие немцы с собаками. Большие собаки были. По пути немцы расстреливали пожилых, больных, отстающих, то есть всех людей, которые не могли передвигаться. А две большие собаки по команде немца хватали расстрелянных и оттаскивали в сторону. Остальные продолжали идти дальше, боясь отстать.

Я был ребенком и ехал в санях, к которым была привязана наша корова. И когда нас прогнали уже около семи километров за Козельск, колонну обогнал мотоцикл. Всех сдвинули на обочину. Так мы простояли около часа. Погода в этот день выдалась солнечная. На улице было не очень холодно. После колонну развернули обратно в город Козельск. Нас погнали снова на площадь в сопровождении мотоциклистов и тех же собак. Собрали на той же площади. Простояли мы там довольно-таки долго. Нам сообщили, что решили нас вернуть обратно. Но мы должны были немедленно докладывать в штаб информацию о появлении русских солдат и разведчиков. «Если кто будет скрывать, того расстреляют». Потом мы все узнали, что советские войска освободили г. Сухиничи, в том числе ст. Узловую, где стояли немецкие поезда для нашей отправки в Германию. И мы продолжали жить в своих домах. Радио уже не работало, так как немцы захватили радиоузел Козельска и прекратили вещание в дома. Никто из нас не знал, что происходит в Союзе.

Чего вам больше всего не хватало?
— Продуктов питания не хватало. Ели только то, что еще осталось в запасах. Зерно мололи в муку и пекли хлеб. Мама делила между нами поровну краюху хлеба. Мне приходилось ходить на базарную площадь продавать воду торговцам, чтобы принести домой хоть копейку. Работы не было и маме приходилось помогать.

Наступила зима. В бараках было много наших военнопленных. Помещения не отапливались. Морозы стояли сильные. Я видел своими глазами, как наши солдаты, полураздетые, в кальсонах и нательных рубашках, босые — тащили на санях бочки с водой для военнопленных из речки. Если пленный падал, его обливали ледяной водой и бросали на снег. Остальные продолжали везти сани.

Жителей города немцы не трогали, но ходили разговоры, что должен прибыть карательный отряд. Вот это было страшно, и мы с ужасом его ждали. Форма у карательного отряда отличалась отнемецкой, она была более тёмного цвета. Но, к счастью, до Козельска отряд не дошел.

28 декабря пришли советские солдаты и к 5 января 42-го года освободили город полностью. В оккупации немцев Козельск находился 83 дня. Возобновилось вещание по радио, мы слушали, какие города захвачены, потери солдат, сводку погоды. После освобождения города в 1942 году мне посчастливилось увидеть генерала армии Голикова Ивана Филипповича. А вот позже он снова приезжал в наш город, уже маршалом Советского Союза.

Владимир Петрович, а Вы помните, какие чувства вызывала война?
— Мне было всего 12-13 лет, поэтому я еще толком и не осознавал, что такое война и кто такой немец, что такое убийство. На моих глазах поубивали много людей. Нам приходилось закапывать русских солдат. Немец расстреливал, а нам приказывали закапывать. В карманчиках у наших были жетончики с номерами. Доставали номерки и отдавали немцу. А тот, держась за пистолет, приказывал копать. Выкопаешь неглубокую ямку, положишь в нее солдата, немного прикопав землей, и все. Прикапывали там, где и расстреливали. Потом, когда город освободили, показывали, где мы их хоронили, чтобы потом перезахоронить. Во времена оккупации мы жили в страхе, потому что не знали когда все это закончится, будем ли мы жить как прежде, есть нормальную пищу.

В какие игры вы играли?
— Мальчики — в «войнушку», а девочки — в дочки-матери, в лапту, прятки.

Хватало ли вам одежды, обуви, предметов быта?
— Валенки носили на троих, одежды почти не было.

Когда Вы узнали, что наступила Победа?
— 9 мая, когда по радио объявили, что наш народ победил, все вышли на улицу кричали: «Ура! Победа!», ликовали. Вот это была минута счастья.

Какое событие было самым страшным?
— Когда над нашим городом пролетали и страшно гудели немецкие самолеты, а потом разбомбили церкви, мосты.

Какое воспоминание самое радостное?
— Конечно, когда мы услышали, что закончилась война.
А еще, когда наши освободили Козельск, недалеко от бывшего немецкого штаба стоял большой контейнер. Когда его открыли, там были новогодние сладкие подарки для немцев — вот это был праздник. Наши солдаты детворе раздавали сладкие подарки и мы, счастливые, с наслаждением ели эти конфеты. Я набрал конфет для своей мамы.

Что помогало вам выжить, перенести все невзгоды?
— На мой взгляд, сплоченность нашего народа, героизм, настойчивость, надежда, что мы победим, будем свободны, счастливы.

Что бы вы пожелали современной молодежи?
— Чтобы русские люди, молодежь знали, как возрождалась Россия, какими жертвами, стойкостью их прадеды, деды, отцы завоевали свободу. А наше телевидение чтобы больше демонстрировало те годы, когда народ был дружен и сплочен. Это необходимо для воспитания российского человека.
Чтобы победить, необходимо иметь чистые руки, горячее сердце и холодную голову. Только тогда можно рассчитывать на Победу.

Интервью записала Виктория ПОСОХОВА,
ОГИБДД МО МВД России «Козельский».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *