Она закрывала шахту

Уже много лет в нашей газете мы пишем о людях, которые жили в Сосенском в годы его основания, о тех, кто трудился во время его становления, кто в нём живёт и работает сейчас, кто оставляет яркий след в памяти народной и на страницах истории города.

Мало осталось тех, кто приехал в пятидесятые годы в строящийся шахтёрский посёлок. Тем более ценны воспоминания человека, который работал на шахте №1 с 1954 года и до её закрытия. Это Анна Михайловна Борисова (Строганова), которая в августе 1954 года приехала в посёлок Сосенский (так его назвали в апреле, ровно за три месяца до приезда Ани Строгановой). У неё отличная память, и Анна Михайловна с удовольствием рассказала и о себе, и о жизни посёлка в то время.

Анна родилась в 1935 году в селе Вослебово Рязанской области. Во время войны семья переехала в город Скопин, районный центр, где девочка закончила 7 классов. Она хотела учиться дальше, но школы-десятилетки не было, поэтому поступила в скопинский горный техникум на бухгалтерское отделение. Во время учёбы не раз бывала на практике в шахтах, поэтому знала все нюансы своей будущей работы. Получив в июне диплом об окончании техникума, молодой специалист выбрала по распределению посёлок Сосенский Козельского района (хотя была возможность поехать в Донбасс, в Прибалтику).

Анна Михайловна вспоминает, что в начале августа приехала в Козельск вместе с девушкой-попутчицей. Город незнакомый, как попасть в строящийся посёлок — непонятно. Уборщица из Госбанка предлагала ночлег, но к вечеру за молодыми специалистами пришёл грузовик. Ехали уже в темноте через оптинский брод. В столовой их накормили ужином (во второй половине барака располагался красный уголок). В это время они стали свидетелями драки, и , конечно, очень испугались. Однако сотрудник банка их успокоил, отвёл в общежитие.

Утром девушки пошли в поссовет, чтобы определиться с жильём и работой. Набор штата только начался. В бухгалтерии шахты тогда числились только двое — главный бухгалтер Станислав Михайлович Рымкевич и кассир. Так что Анна оказалась одной из первых бухгалтеров. Шахты как таковой ещё не было, работали монтажники, горняки треста Калугашахтострой проходили стволы, а остальных принимали постепенно, в основном вербовали ребят после армии. До промышленных пластов ещё не добрались, но какое-то количество угля начали выдавать на гора с 1955 года — от попутной добычи при проходке.

Анну оформили бухгалтером, её попутчицу, Машу Назарову, направили в производственный отдел. Комнату в общежитии девушки получили на троих, Тоня Дорофеева приехала через несколько дней. Общежитие — барак на Малом Кольце. Печи в общежитиях топили специальные люди — истопники.

Улиц в посёлке было несколько — Ломоносова, им. Ленина, К. Маркса, Комсомольская, Малое Кольцо. Сначала стройка велась хотя и по намеченным улицам, но довольно хаотично — где подготовили место. В первую очередь строили бараки-общежития, их называли просто по номерам. Анна с подругами жила в бараке №15. Финских домов построили немного, в основном на улицах Ленина, К. Маркса. Анна Михайловна перечислила фамилии всех, кто жил тогда в таких домах.

С 1955 года началось интенсивное строительство восьмиквартирных сборно-щитовых двухэтажных домов, один из них, по улице Сталина (переименована в 1965 году в улицу Ломоносова), д.16, сдали уже летом. Трёхкомнатную квартиру в нём выделили молодым специалистам, одна секция (комната) — на трёх человек. Позже, когда народу на стройке стало больше (люди приезжали семьями), многим и в бараках, и в квартирах пришлось потесниться. Случалось и так, что в одной комнате селили две молодые семьи. Джонатан Свифт сказал: «В мире нет ничего более постоянного, чем временное». Его изречение полностью оправдалось — эти дома строили как временное жильё, но в них живут до сих пор.

Анна Михайловна поделилась воспоминаниями о том, как проводили своё свободное время молодые люди. В посёлке было много молодёжи: специалисты, приехавшие по распределению, демобилизованные, девушки и парни из окрестных деревень. Кто-то после работы спешил в деревню к родителям, кто-то отсыпался после смены. Многие по вечерам учились — кто в вечернем техникуме, кто в школе, кто на курсах. Будущие шахтёры занимались в учебном пункте при шахте. Им рассказывали о шахте, всё показывали, объясняли, учили работать отбойным молотком. Были и такие, которых ничего не интересовало, после смены выпивали, собирались по нескольку человек и просто бродили по посёлку.

Разные люди приезжали в Сосенский — и по характеру, и по привычкам. Случалось всякое — драки, скандалы, кражи. Однажды подругам пришлось забаррикадироваться в комнате — парни напились, и настойчиво ломились «в гости». Как бы там ни было, всё равно и на танцы ходили постоянно, сначала в красный уголок, затем на площадку около клуба «Шахтостроитель» («Горняк»), старались не пропускать показ кинофильмов. В выходные отправлялись в лес — грибы собирали мало (некогда с ними возиться), а вот ягоды любили — ведь в округе знатные черничники! Как-то увидели целое стадо лосей, много было и мелкой живности. Однажды заблудились — пережили немало неприятных часов, вышли куда-то, встретили людей, которые показали им путь к посёлку.

В течение года большинство девушек, соседок Ани по общежитию, вышли замуж. В их доме жила семья Борисовых, они приехали в посёлок в том же году, что и Аня. Их сын, Николай, работал в шахте крепильщиком. Вскоре он познакомился с Анной, начал за ней ухаживать, и в 1955 году они поженились. Им было по двадцать лет. Обосновались молодые, конечно, у родителей. Но вскоре молодожёнам пришлось расстаться — Николаю, как многим другим парням, неожиданно пришла повестка из военкомата, и он отправился в армию. Отслужив два года, Николай вернулся — к семье и в шахту. Поставили его на осушение. Вскоре молодой человек поступил в училище в городе Липки Тульской области, и по окончании учёбы получил специальность «подземный электрослесарь». В его обязанности входили поддержание в рабочем порядке и ремонт шахтного электрооборудования. Николай Ефимович проработал в шахте до 1985 года, пока не вышел на пенсию. Умер Николай Борисов в 1989 году. Так что вся жизнь семьи Борисовых была связана с шахтой.

Работа Анне нравилась. Ей не раз приходилось спускаться в шахту: бухгалтер — лицо материально ответственное, а материальная часть не только на поверхности, но и на подземных уровнях. Кроме того, любознательной девушке было всё интересно — подземные выработки, работа горняков. Когда Анна Михайловна говорила о шахте, было видно, что любовь к своей профессии и интерес к шахтёрскому делу не исчезли с годами. От неё о шахтодобыче я узнала больше, чем от горняков (они обычно немногословны).

Вот что рассказала Анна Борисова: «Когда шахта строилась, всем заправляла ПМК-630 — Козельское стройуправление, от Калуги. Планировалось построить 5 шахт, однако были введены в эксплуатацию только две, причём они располагались рядом и постепенно слились в одну. Она называлась «Козельская», хотя в обиходе говорили просто — «шахта». Промышленные пласты находились на глубине 35 метров. До них добрались в 1956 году, на полную мощность шахты заработали с 1957 года. Когда пошёл уголёк, начались преобразования. Во-первых, шахты перешли к тресту Тулауголь, и зарплату стали начислять от этой организации. Рымкевич уехал — он ведь работал в Калугашахтострое. Главным бухгалтером стал Сергей Фёдорович Сахаров. В бухгалтерии работали шесть человек — главбух, заместитель Тамара Васильевна Сидорова, три бухгалтера-расчётчика и один отвечал за материальную часть. На шахте, в учреждениях и мастерских, подконтрольных тресту, в то время работало около тысячи человек.

В ведении ПМК остался посёлок: строительство зданий, предприятий, благоустройство дорог. Работники БТИ провели инвентаризацию домов и улиц. Уже примерно с 1955 года начали строить по плану — информация шла в трест. Работали сначала маркшейдеры Иван Беляев и Александр Рудь. Затем посёлком начали заниматься гражданские маркшейдеры. Во-вторых, образовали ЖКО (в документах организация называлась ККП — комбинат коммунальных предприятий). Руководил там сначала Шестак, позже — Пётр Дёмин. До этого ЖКО был как отдел треста Шахтострой, и коммунальные услуги оплачивались в нашей бухгалтерии по отдельной ведомости, так как посёлок находился на балансе Шахтостроя. Тогда даже ордеров на квартиры не выдавали, занялись этим где-то с 1957 года.

День шахтёров сначала не отмечали как поселковый. Праздновали дворами, хозяйки готовили на всех угощение. Какие-то компании собирались в лесу, у каждой было излюбленное место. Помню, много шума наделала одна драка — напились и стали выяснять отношения шахтёры и монтажники. Тогда наводили порядок Сурнин и его помощник Бобылев. Вообще-то драки случались часто, но постепенно порядок навели. Участкового Григория Сурнина уважали и боялись — он с хулиганами не церемонился.

В восьмидесятых на шахте организовали санитарную дружину. Женщины-сандружинницы имели парадную форму — комбинезоны. С нами занимались врач Лия Григорьевна Жукова и медсестра Валентина Ивановна Перепелицина. Мы выступали на районных соревнованиях, проходивших в лесу у механического завода. В Сосенском была и городская сандружина — в неё входили женщины от организаций, которые находились под управлением шахты».

Анна Михайловна проработала в бухгалтерии шахты 36 лет, до дня её закрытия. Две шахты законсервировали ещё в 1959 году, а к восьмидесятым добычу угля сократили и в «Козельской». В октябре 1981 года Анну Борисову назначили исполняющей обязанности главного бухгалтера, так как Пименова перевели на другой объект. В апреле 1982 года шахта была объединена с Середейской, а в мае в трудовой книжке Анны Михайловны появилась короткая запись: «Назначена старшим бухгалтером». Уже с этого времени шахту поэтапно стали готовить к прекращению деятельности. Закрывали старые выработки, бухгалтера проводили инвентаризацию, сверяли документы. Вместе с заместителем и экономистом сдавали оборудование, которое постепенно демонтировали и вывозили. Торжественная церемония закрытия шахты состоялась 15 ноября 1987 года. И только в мае 1988 года Борисову освободили от должности — «в связи с ликвидацией предприятия».

Далее до пенсии Анна Борисова трудилась старшим бухгалтером в ЖКО (так называлась должность главбуха). Сейчас она живёт одна, но сыновья — их двое, Владимир и Дмитрий, живут и работают в Сосенском. Оба женаты, и Анна Михайловна сказала, что у неё золотые невестки. «Считаю, что жизнь прожита не зря», — сказала она во время интервью.

К сожалению, сейчас Анна Михайловна тяжело больна, к ней переехали младший сын с женой, которые ухаживают за больной.

Светлана ГОЛОШИНА

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *